Бесконечно скучаю по тебе

В сердце цветущего, но пропитанного интригами Хуачжэнь, где шелест вееров скрывает звон клинков, Ли Мэнцзюэ и Се Цзиншу вынуждены сыграть роль идеальной пары — «стодневных супругов», рождённых из скандала вокруг башни Хуачжао. Снаружи они выглядят безупречно: она — воплощение аристократической грации, с осанкой, от которой замирают сердца, он — заботливый джентльмен, чья хромота лишь добавляет ему шарма трагического героя. Город шепчется о их любви, завидует их гармонии, не подозревая, что под этой сладкой маской тлеет взаимная ненависть и холодный расчёт. Ли Мэнцзюэ, на самом деле тайный лазутчик секты Суомин, проникла в башню, чтобы распутать клубок «Дела Небесной Книги», а Се Цзиншу, скрывающий под маской беспечного богача и повесы истинное лицо северного маркиза, плетёт свою паутину мести и разведки. Каждый их поцелуй — ложь, каждый нежный жест — проба на прочность чужой выдержки, каждый взгляд — поиск слабого места для удара. Но в одну грозовую ночь, когда молнии рвут небо, а дождь хлещет по черепице, их маски трескаются окончательно: улыбки, которыми они обмениваются через стол, внезапно становятся слишком честными, и Ли Мэнцзюэ выдаёт себя первым неверным словом. В тот миг притворная идиллия рушится — остаются только два хищника, готовых вцепиться друг другу в горло. Однако цепь свежих убийств, все нити которых тянутся к давней резне и проклятому «Делу Небесной Книги», заставляет их отложить клинки: общая цель важнее личной вендетты. В неохотном союзе они присоединяются к Лу Сиэр, Цзин Янь и Лю Юань — странной компании, где каждый несёт свои демоны, — и отправляются на поиски редчайшего «корня аконита короткостебельного», яда и противоядия в одном флаконе, ключа к поимке предателей, что давно затаились в тенях империи. В этом опасном путешествии, среди горных троп, заброшенных храмов и предательских улыбок, ненависть между Ли Мэнцзюэ и Се Цзиншу начинает медленно таять под напором общей беды, общих тайн и тех редких мгновений, когда маски падают не от ярости, а от усталости и внезапного понимания: возможно, враг, которого ты ненавидел, — единственный, кто действительно видит тебя настоящего.